Милевский рассказал о своих проблемах с алкоголем во время войны и об убийстве женщины, которое приснилось ему в коме

Милевский рассказал, как пытался бороться с депрессией с помощью алкоголя
Фото: timi1010 / Instagram (архив)

‘После начала полномасштабной войны у меня началась депрессия, которая росла с каждым месяцем. Тогда я был один, никого на тот момент у меня не было, это было тяжело. И какой-то процент алкоголя действительно меня спасал’, – заявил экс-динамовец.

По словам Милевского, он ‘выпивал определенную дозу и забывал о войне’.

‘Грамм 300 рома или виски в день. Это продолжалось месяцами, было большое накопление, и состояние ухудшалось’, – сказал Милевский.

В результате такого образа жизни бывший футболист попал в больницу, где он шесть дней пробыл в коме.

‘Во-первых, я все помню, что происходило в коме, какие моменты были уже после того, как я пришел в себя. Я лежал с такими штуками, с бинтами, чтобы у меня даже не было телодвижений, не хотелось пить, есть. Я просил врачей: ‘Развяжите эти штуки’. Прошел день-два. Я начал все отматывать назад, как все сложилось, что было в коме. Это вообще жесть’, – поделился он.

Милевский рассказал, что помнит сны, которые снились ему в искусственной коме.

‘Не знаю, откуда это взялось в голове. Мы с приятелем через интернет якобы узнали, что есть дорогое кольцо, которое продает женщина в Турции. Решили поехать на дело. Серьезно, без всяких шуток, мы собрали вещи, поехали. Мы хотели ограбить женщину, забрать у нее кольцо и уехать с ним. В итоге женщину убили. Представляешь? Такое во сне было, что мы убили женщину, забрали кольцо и свалили оттуда’, – вспоминает он.

По словам экс-игрока, сны были очень реалистичными.

‘Просто реальность. Женщина убита, кольцо у нас, и мы просто тупо оттуда сваливаем, и все – след исчез. Потом ситуация такая, что я иду уже по улице и вижу, что несколько обычных прохожих идут тупо в зимних шапках, на которых написано Timi10 – это мой никнейм в Instagram. Думаю: ‘Кто в моей шапке? Что вообще происходит?’ После этого всего я о многом думал’, – заключил Милевский.